Интервью пастора Алексея Ледяева Андреасу Патцу, главному редактору «Международной христианской газеты»

Интервью пастора Алексея Ледяева Андреасу Патцу, главному редактору «Международной христианской газеты»

Лидер международного христианского движения «Новое поколение» Алексей Ледяев дал интервью Андреасу Патцу, главному редактору «Международной христианской газеты», известной своими консервативными взглядами.

 

Пастору Алексею были заданы самые острые вопросы относительно его убеждений и богослужебной практики.

 

Публикуется первая часть интервью «Истоки». Полностью интервью вошло в книгу Андреаса Патца «Искренне ваш...», изданную в конце прошлого года.

 

Анонсируя выход книги, автор пишет в своём блоге: «Пожалуй, сложно найти на постсоветском пространстве христианского лидера, идеи которого вызывали бы больший резонанс. Многие считают его чрезмерно эпатажным – и, надо сказать, он в полной мере даёт для этого основания – кого-то подкупает его откровенность, для кого-то он – пророк, а в чьих-то глазах не более, чем клоун. Тем не менее, абсолютно все признают: человек этот, бесспорно, талантлив. Я начал беседу с воспоминаний об истоках. Далее, задавая вопросы о его сегодняшней практике, я не преследовал цели чем-то его поддеть – мне просто хотелось получить чёткие и ясные ответы на вопросы, которые (знаю об этом не понаслышке) хотели бы задать Ледяеву многие люди, как последователи его, так и противники».

 

Алексей Ледяев родился в семье консервативных баптистов в столице Казахстана, городе Алма-Ата. После переезда в Ригу приобщился к пятидесятнической церкви, но вскоре почувствовал, что ему и там тесно. Одарённый музыкант стал, пожалуй, самым первым харизматом в СССР. Прошло время, и уже братья-харизматы стали считать его чересчур «продвинутым». «Пастор Алексей», как обычно его называют, учредил и возглавил движение «Новое поколение». Он до сих пор не перестаёт удивлять людей то новым мюзиклом, то очередной скандальной историей, высказыванием или поступком.

 

 

– Алексей, рекламный плакат у дверей Вашей церкви сообщает посетителям о том, что у Вас через пару дней юбилей. На сколько лет ощущаете себя?

– Лет на 30, пожалуй, с «хвостиком». Всё еще готовлюсь жить. Всё собираюсь многое начать, всё еще чувствую себя на некоей стартовой площадке. Энергии хватает, идей тоже. Запал не прошёл. Креатив, который внутри, бурлит – это показатель жизни: боюсь потерять к ней интерес. Но в 55, конечно, больше опыта, знаний, навыков...

 

– Что самое раннее помните из детства?

– С уйгурами дрался. И жалел, что мне нельзя материться. У нас по чётной стороне улицы жили русские, а по нечётной – уйгуры. Были бесконечные стычки. Тогда я не знал, как можно по-другому отстаивать свои интересы, потому действовал, как умел.

 

– Как, при каких обстоятельствах и где Вам открылся Бог?

– Трудно ответить. Дело в том, что я, можно сказать, родился и вырос в церкви. Я – вымоленный у Бога ребёнок. Когда у моих родителей одна за другой родились четыре доченьки, они начали молиться так, как молилась Анна. Стали просить у Бога мальчика – вот и родился я.

 

С детства меня посвятили Господу. Я совершенно не знаю, что такое «мир» – всегда был полностью церковным человеком. На мой взгляд, глубокие корни моего христианства кроются в родительском посвящении – вот в такое я верю, представляете! Считаю, что это родительское благословение сопровождает меня до сегодняшнего дня. Это такая посвящённость Богу «от чрева матери», глубокая связь с Ним, что даже если попытаешься куда-то вырваться, то не сможешь. С ранней юности я активно участвовал в жизни церкви и какого-то особенного переломного момента в жизни не помню. Для меня Бог был таким же естественным и бесспорным, как свет, солнце и воздух.

 

– Какую из двух баптистских церквей в Алма-Ате Вы посещали?

– Вторую. Там, где был пресвитером Николай Андреевич Колесников. Он нас, кстати, и сочитывал с Ольгой. Там же я написал свои первые песни, такие как «Я пью солнечный луч» и «Я ухожу в глубины Бога», которые совершенно потрясающе исполняла Татьяна Тихонова. Потом родилась песня «Когда трудно по жизни идти» на стихи Кости Озеркова – этой песне уже более 30 лет, и ее всё ещё поют. У нас с Костей был замечательный творческий тандем, десятки песен мы написали вместе.

 

– Кто повлиял на Ваше духовное становление? С кого хотелось брать пример?

– При всех нестыковках и противоречиях, это всё же Николай Андреевич. Надо отдать ему должное: он – блестящий оратор! Его проповеди оставляли впечатление, заставляли задуматься, производили в душе движение. Затем Билли Грэм со своей книгой «Мир с Богом». Эта книга в моей жизни совершила революцию. Ещё одно имя я должен назвать: Александр Трофимович Семченко. Это человек, который просто взорвал нас! Он приехал из Москвы и сказал: «Надо молиться!», а затем устроил нам эстафетную круглосуточную молитву «Ночные стражи». Для нас это было новым: какие там ещё стражи? А он нас всех научил по-другому молиться, по-другому евангелизировать. Очень прогрессивный человек. Оставил в моей памяти светлые переживания и добрые впечатления.

 

В музыке были свои фавориты: Евгений Гончаренко и Вениамин Маркович Крейман. Для меня это были люди, на которых я равнялся. Серьёзные вещи писали: классика, одним словом. Вот такие светлые личности.

 

Очень повлияло и то, что за меня всегда молился отец. Незадолго до его смерти мы виделись с ним в последний раз, и он меня благословил. В то время я уже жил в Риге и был лидером «Нового поколения». Как-то раз я должен был лететь во Францию, но вдруг у меня заныло сердце, и я почувствовал сильное желание повидаться с отцом. Отменил поездку во Францию и вместо Парижа полетел в Алма-Ату. Отец был уже очень слаб, но мы провели вместе несколько незабываемых дней. При прощании я стал перед ним на колени и сказал: «Мне нужно твоё благословение». Он возложил на меня руки и стал молиться. Молился обычной своей баптистской молитвой – не так, как я. Но во время этой молитвы на меня нашло тако-о-ое благословение!.. Будто накрыло меня чем-то. Я очень дорожу родительским благословением. Более того, я убеждён, что тот успех, которым я пользуюсь, – это в большой степени результат именно родительского благословения.

 

– Что стало причиной Вашего переезда в Ригу?

– Сложно сказать. Какой-то душевный дискомфорт. Ощущение, что город тебя выталкивает.

 

– Город или церковь?

– Всё, в совокупности. И город, и церковь, и родственники... Представьте себе, породнились два огромных баптистских клана: жена из большой семьи, и наша семья – тоже многодетная. Все со своими традициями, пониманием... Плюс ещё определённое недопонимание руководства церкви относительно моего служения. Мы тогда сделали какую-то музыкальную программу, при этом слишком рванули вперёд, что ли. Это не было, конечно, главным – но всё складывалось так, что город меня выталкивал.

Я же хочу жить в гармонии с внешними обстоятельствами и считаю, что только в этом случае ты и можешь состояться. Тратить энергию на устранения внутренних противоречий я не хочу. Кроме того, когда я впервые попал в Ригу и прошёлся по её узким улочкам, я просто влюбился в этот город и понял, что это – моё.

 

– Чем встретила Вас Рига?

– Необходимостью выбора. В 1981 году в городе было несколько баптистских церквей. В большинстве из них служения были хорошо налажены и распределены: как говорится, «всё схвачено». А у меня была целая куча идей, требующих реализации. Вообще-то, в жизни я никогда не рассматривал себя как проповедника или служителя, всегда считал, что я – просто музыкант. Мне нравится музыка, я люблю делать программы и концерты, молодёжь зажигать служением и т.д. Словом, нужно было где-то всё это дело реализовывать.

Возможность для этого имелась только в одной церкви. Она располагала большим залом на 300-400 мест, но зал этот практически всегда был пустым, даже по воскресеньям собиралось максимум человек 50.

Пресвитер этой церкви, Николай Дмитриевич, предоставил мне возможность реализовать все мои планы. Я стал тщательно готовиться к проповедям, причём подходил к делу творчески, старался делать всё по уму. Мне нравились красивые фразы, я их придумывал и собирал. Затем на листочке писал подробный конспект, шёл в пустынное место и заучивал текст проповеди наизусть. Это были хорошие проповеди: даже сейчас я читаю мои старые баптистские конспекты и не вижу в них примитива. Эти записи я храню до сих пор.

Так вот, из-за того, что людей в церкви было очень мало, а пресвитер хотел, чтобы их стало больше, он и дал мне неограниченную свободу действий: «Пожалуйста, – говорит, – разворачивайтесь здесь по полной программе!».

 

Каждую третью субботу месяца мы стали представлять специальную программу. Собрали бэнд и начали создавать композиции: я писал музыку, дикторы зачитывали библейские тексты, оркестр играл... Зал в эти вечера был забит до отказа, люди собирались со всех баптистских церквей! Николай Дмитриевич, конечно же, был очень доволен. Благодарил и всячески поддерживал нас.

 

– Ну и чего же Вам не хватало? Почему стали искать новых ощущений?..

 

Продолжение следует...

 

Источник: invictory.org

 

 


Церковь Новое поколение